Анна Павленко · экзистенциальный психолог
Привет, я Аня.
Живу и работаю в Тбилиси, принимаю очно и онлайн. Фото моих дипломов и сертификатов живут здесь.
А ниже расскажу, как я пришла к своей практике.
Сначала была музыка
Один аккорд иногда достаёт воспоминание быстрее, чем час разговора
Музыку я люблю столько, сколько помню себя, и всегда с неугасающим интересом следила за тем, что она делает с человеком. Как трек собирает разобранного. Как, казалось бы, "случайная" мелодия из прошлого распаковывает то, что годами лежало запечатанным, – вместе с запахами, температурой воздуха и тем, кем я тогда была. Тело помнит музыкой то, что голова давно отредактировала.
Позже я увидела схожее и в других искусствах. Человеку бывает проще сказать правду штрихами, глиной, фотографией или движением, чем словами: слова умеют защищаться, у краски защит нет. Так появилось моё первое профессиональное образование, арт-терапия, а следом отдельная специализация по музыке и телесным методам работы.
Философия ждала рядом
Возвращение туда, где уже было моё
Экзистенциальной философией я увлеклась в юности, задолго до психологического образования. Кьеркегор, Камю, Сартр, Хайдеггер оказались не просто авторами произведений, а людьми, которые говорили со мной о моей жизни: о свободе, за которую платишь, о выборе, от которого не спрятаться, о неопределённости, которую нужно уметь выдерживать.
Поэтому, когда спустя годы я пришла в экзистенциальную терапию, это было не открытием нового, а возвращением домой. Сейчас этот подход — основа всей моей работы.
Мы замечаем потерю руки, ноги, жены, пяти риксбанкдалеров и так далее. Но величайшая опасность — потерять самого себя — может пройти в мире так тихо, словно это ничто.
В глазах мира рисковать опасно, а почему? Потому что можно проиграть. Не рисковать — это разумно. Ведь если я рискнул неверно, что ж, жизнь поможет мне наказанием. Но если я не рисковал вовсе — кто поможет мне тогда?
Сёрен Кьеркегор · «Болезнь к смерти», 1849
Целостность картинки
Психика, тело и искусство: не соседние комнаты, а одна
В психологию меня привёл и собственный опыт. В юности были сложные периоды: семья, самоопределение, непростые отношения с едой и телом. Я знаю изнутри, как это, когда привычные опоры не держат. К моменту начала первого профильного обучения моя личная терапия длилась уже около десяти лет, и она же научила меня главному: рядом с честным другим выдерживается всё.
Параллельно с учёбой я несколько лет профессионально работала с телом: массаж, тренировки для здоровой спины, помощь в восстановлении после травм. А на досуге читала книги по нейробиологии, из любопытства к тому, как связаны психика, гормоны, звук, движение и настроение. Любопытство оказалось дальновидным: из него сложился мост, на котором теперь стоит моя практика.
Сегодня
Набор не случайный
После арт-терапии я училась семейной терапии и сексологии, затем экзистенциальному подходу, который стал основой. Логика простая: почти любой запрос рано или поздно упирается в три темы, близость, тело и смысл, и я хотела уметь работать с каждой из них всерьёз, а не по касательной.
Сегодня я веду частную практику, состою в международных ассоциациях психологов, регулярно прохожу групповые интервизии, супервизии и, конечно, продолжаю учиться. В центре всегда остаётся живой диалог и уважение к вашему уникальному опыту.
искренность · ответственность · этичность · аутентичность · конфиденциальность
Если вам это близко, давайте познакомимся
